Для того чтобы музыка стала активным элементом синтетическом искусстве кино, необходим тесный контакт режиссера и композитора. Примером тесного творческого содружества была совместная работа композитора С. Прокофьева и режиссера С. Эйзенштейна. Она дала советскому киноискусству два шедевра: фильмы "Александр Невский" и "Иван Грозный".

В музыке первого фильма многое напоминает типические образы русской исторической оперы. Таков, например, величественный эпизод "Въезд Александра во Псков", таков эпизод "Мертвое поле" с песней-плачем девушки, разыскивающей живых на усеянном трупами поле битвы. Здесь невольно вспоминаются оперы "Князь Игорь" Бородина и "Сказание о невидимом граде Китеже" Римского-Кор-сакова. И это не случайно, ведь в основу фильма положен тот же драматургический конфликт, те же противоборствующие силы: Русь и чужеземные завоеватели. Так же как и в операх, этот конфликт находит выражение в музыкальном, интонационном противопоставлении образов. Музыкальной характеристике русского народа, русских людей присуща широкая мелодичность, напевность, особенно ярко проявившаяся в хоровых эпизодах. Совсем иначе звучит музыка, характеризующая крестоносцев, "псов-рыцарей": интонации их хора-гимна, подчеркнутые "жесткими" звучностями в оркестре, суровы, угловаты.

Связь с оперными традициями чувствуется и в музыке к фильму "Иван Грозный", в особенности в эпизодах, воссоздающих старинные русские обряды. Но в этом фильме гораздо больше, чем в "Александре Невском", музыка подчинена именно законам киноискусства.

В фильме "Иван Грозный" основное внимание авторов уделено не столько внешнему столкновению противоборствующих сил, сколько внутренней борьбе старого с новым. Сложен и противоречив образ главного героя, царя Ивана. Он показан и как великий государственный деятель, собиратель единого государства, и как царь, недаром прозванный "Грозным", как сын своей среды и своей эпохи, мрачной и суровой, эпохи тайных заговоров и жестоких расправ. И наконец, это человек, способный на глубокие искренние душевные переживания.

В музыке переданы разные стороны этого сложного образа. Основная музыкальная тема, характеризующая царя Ивана, носит величественный, эпический характер, она близка таким образам Прокофьева, как "Песня об Александре" (из кинофильма) или тема Кутузова из оперы "Война и мир".

Другую сторону того же образа раскрывает музыка в эпизоде, где тяжело больной Иван умоляет бояр принести присягу его сыну.

Медленно, тяжело поднимается вверх мелодия, как бы преодолевая внутренние препятствия. В ней как будто слышатся интонации стона и "видятся" неверные движения тяжело больного человека.

Особенно тесного, органичного слияния звукового и зрительного образа режиссер и композитор достигли во второй серии фильма, в сцене царского пира и следующей за ней сцене убийства Владимира Старицкого, по роковому стечению обстоятельств принявшего на себя смертельный удар, предназначавшийся Грозному. Убийца настигает Владимира, когда тот идет в церковь в толпе опричников.

Необычайно ярок контраст сцены пира и сцены убийства. Он подчеркнут всеми средствами: сцена пира снята в цвете, и после нее особенно мрачным кажется черно-белый колорит сцены убийства. Не менее разителен и музыкальный контраст.

Музыка "Пляски опричников" — кульминация сцены пира — великолепно передает стихийный, хмельной разгул. Плясовые, отрывочные мотивы мелькают в полной сумятице так, как мелькают на экране красные, золотые, черные блики. Лишь иногда весь этот крутящийся музыкальный вихрь прорезывает четкая фанфарная тема. И вдруг все меняется. Красные и золотые тона гаснут, смолкает музыка пира. Опричники в монашеских одеждах медленно движутся в храм. Черные фигуры, черные косые тени на полу. Единственный светлый блик — фигура Владимира, ради насмешки переодетого в царский наряд. В хоре без слов звучит мрачная, суровая тема опричнины. Предчувствие страшной развязки все нарастает и наконец завершается ударом ножа убийцы.

Музыка Прокофьева к кинофильму, тесно слитая с другими элементами киноискусства, имеет и самостоятельное значение. Композитор создал еще один вариант "Александра Невского" — в жанре оратории, придав отдельным эпизодам киномузыки большую законченность и симметрию. Уже после смерти композитора дирижер А. Ста-севич сделал ораториальный вариант "Ивана Грозного", а композитор М. Чулаки — вариант хореографический. Но и самым замыслом, и многими художественными особенностями эти произведения обязаны искусству кино.

Замечательные результаты творческого содружества двух гениальных художников — Прокофьева и Эйзенштейна — показывают, как значительны уже завоевания самого молодого жанра музыкального искусства — киномузыки и как поистине безграничны его перспективы.

В некоторых жанрах киноискусства музыка участвует особенно активно. Это прежде всего музыкальные комедии. К уже упоминавшимся кинофильмам Г. Александрова с музыкой И. Дунаевского можно добавить еще "Мелодий Верийского квартала" (режиссер Н. Шенгелая, композитор Г. Цабадзе) и очень в свое время популярный "Айболит-66" (режиссер Р. Быков, композитор Б. Чайковский). Оба фильма по насыщенности их веселой, легко запоминающейся музыкой уже приближаются к мьюзиклу.

Используя достижения оперы, песни, симфонической музыки, музыка в кино, в свою очередь, воздействует на другие жанры и обогащает их.